Книги

Фредерик Перлз ОПЫТЫ психологии САМОПОЗНАНИЯ

-= 2 =-

Он может быть упрямцем,
или бизнесменом, или догматиком, но если он отказывается быть частью
изменчивого процесса в психотерапевтической ситуации - он не терапевт.
Поведение пациента также определяется многими обстоятельствами ин-
тервью; только стопроцентно ригидный или безумный, не воспринимающий
контекста па циент будет вести себя на консультации так же, как он ве
дет себя в другом месте.

Ситуация не сводится ни к полному пониманию функций организма, ни к
самым совершенным познаниям о среде (об обществе и пр.). Психологичес-
кая ситуация

10

создается только взаимодействием организма и среды (отчасти этого ка-
сается теория межличностных отношений Х. С. Салливена), а не взятыми
по отдельности организмом и средой. Изолированный организм и соответс-
твующие абстракции - ум, душа, тело, равно как и сама по себе среда
изучаются множеством наук, например, физиологией, географией и пр. и
не являются заботой психологии.

Недостаточное внимание к этому обстоятельству мешало до сих пор созда-
нию адекватной теории в нормальной и анормальной психологии. Большинс-
тво предыдущих теоретиков - в значительной степени даже Коржибский -
полагали, что, коль скоро ассоциации и рефлексы несомненно существуют,
то ум состоит из множества ассоциаций, а поведение или мышление состо-
ят из рефлексов. Но творческую деятельность организма так же мало мож-
но объяснить ассоциациями, рефлексами и другими автоматизмами, как
планирование стратегии и организации военных действий - автоматизмом
дисциплинированных солдат.

Как чувствование, так и движение - это направление во вне деятельнос-
ти, а не механические реакции в новых для организма ситуациях. Сенсор-
ная система ориентации и двигательная система манипуляции взаимозави-
симы в своем функционировании, которое может быть рефлекторным только
на самых нижних слоях, где эти деятельности полностью автоматизированы
и не требуют сознавания. Манипуляцией мы называем (может быть, нес-
колько неуклюже) любую мышечную деятельность. Ум (intelligence) - это
адекватная ориентация, эффективность - адекватная манипуляция. Чтобы
вернуть их себе, десенситизированный и иммобилизированный невротик
должен полностью восстановить сознавание, т. е. чувствование, контакт,
возбуждение и формирование гештальтов.

С этой целью мы привносим в терапевтическую ситуацию признание, что
любой недогматический подход основан на природном методе проб и оши-
бок. Таким образом клиническая ситуация превращается в эксперименталь-
ную. Мы перестаем явно или неявно требовать от пациента, чтобы он соб-
рался, или расслабился, или отключил цензуру; перестаем говорить ему,
что он отвратителен, полон сопротивления, почти мертв. Такого рода
претензии лишь увеличивают его трудности, делают его более невротич-
ным, даже безнадежным. Вместо этого
мы предлагаем последовательную серию экспериментов, которые - что
чрезвычайно важно - не являются заданиями, требующими выполнения. Мы
просто спрашиваем: что происходит, если вы вновь и вновь пробуете де-
лать то или это? Таким образом мы выводим на поверхность трудности па-
циента. Не само задание, а то, что мешает успешному выполнению зада-
ния, становится цент ром нашей работы. Мы выводим на поверхность и
прора батываем, в терминах Фрейда, сами сопротивления.

Эта книга может быть использована различным образом. Тем, кто работает
в области образования, медицины или психотерапии мы предлагаем точку
зрения, которая, хотя и отличается от привычной для них, но - может
быть - будет воспринята с достаточным пониманием. Непрофессионал может
найти здесь систематический курс для личностного развития и интегра-
ции. Чтобы извлечь из книги максимум, нужно проделать эксперименты
насколько возможно добросовестно; простого чтения недостаточно. Более
того, если вы будете просто читать про эксперименты, не выполняя их, у
вас может возникнуть впечатление огромной и безнадежно трудной задачи;
если же вы действительно проделаете то, что предлагается, вы скоро за-
метите изменения. Наконец, если вы занимаетесь психоанализом - как па-
циент, или как ученик, - эта книга не помешает вашей терапии, но может
помочь преодолевать возникшие тупики.

ЧАСТЬ 1
ОРИЕНТИРОВАНИЕ

Глава 1
НАЧАЛЬНАЯ СИТУАЦИЯ

Эта книга приглашает вас заняться собой и предлагает
технику для осуществления этого, - технику, которую
многие до вас нашли работающей. Вы, конечно, спро-
сите, что может получиться из этой затеи. Но ответ на
этот вопрос невозможно преподнести вам на словесном
блюдечке с вербальной каемочкой. Наиболее существен-
ная часть ответа невербальна, то есть не может быть пере-
дана посредством слов: только работа такого рода, как
здесь описана, может привести вас к пониманию. Но пос-
кольку мы не можем ожидать от вас, что вы приметесь за
работу, которая требует времени и усилий, в слепой на-
дежде, что в конце концов овчинка окажется стоящей вы-
делки, - мы попытаемся в последующих заметках опи-
сать, как мы представляем себе человеческую ситуацию, а
также изложить основания нашей уверенности, что мы
имеем нечто важное, чем мы готовы поделиться с каж-
дым, кто действительно хочет улучшить свое положение.

То, что мы предлагаем вам сделать для самих себя, на
первый взгляд может напоминать избитые мессианские
мотивы, потому что, грубо говоря, мы хотим помочь вам
открыть себя, свое <я>, и мобилизовать его, сделать более
эффективным в удовлетворении ваших потребностей как
биологического организма и как общественного человече-
ского существа.

<Открытие себя> может напомнить кому-нибудь ста-
рую историю о вытаскивании самого себя за волосы из
болота. Но мы понимаем под этим не мгновенный трюк,
вроде вспышки озарения, а трудный процесс, более или
менее постоянный и накапливающий свои результаты.
Этот процесс не прекращается, пока человек жив. Он

13

предполагает установление несколько особого отношения
к своему <я> как действованию. Это требует техники, со-
вершенно отличной от той, которую вы, может быть, уже
испробовали и признали недостаточной - техники инт-
роспекции.

Если открытие себя кажется задачей небесполезной,
но пугающей, мы не будем спорить с такой реакцией, на-
поминающей о психиатрических <мумбо-юмбо> из кино-
фильма. Предположение, что у вас есть некое тайное или
скрытое <я>, которое значительно хуже вас и которое
лучше оставить в покое, - такое предположение не всег-
да у вас было, и вряд ли стоит навсегда его сохранять.
Оно возникло, когда в прошлом, в момент стресса, вы
отвергли какие-то части себя, которые доставляли вам
слишком много беспокойства. В тогдашних обстоятельст-
вах эти части были худшими, и чтобы выжить в той ситу-
ации, вам надо было от них избавиться. Это похоже на то,
как ведет себя дикий зверь, пойманный за ногу в капкан.
В таких условиях нога становится угрозой, и иногда зверь
отгрызает ее и спасается, хотя и живет всю оставшуюся
жизнь калекой.

Но может быть ваша жизнь сейчас стала иной, нежели
была тогда, когда вы отвергли часть себя. И эта часть, в
отличие от звериной ноги, может быть возвращена. Все ли
еще существуют причины, по которым вы первоначально
ее отвергли? Это по меньшей мере стоит проверить. Мы
предлагаем вам метод систематического рассмотрения и
реконструкции вашей нынешней ситуации. Процедуры
организованы так, что каждая предыдущая составляет не-
обходимую основу для последующей. Вы можете двигать-
ся в своем собственном темпе. Какую работу вы сможете
проделать за определенный интервал времени, зависит от
того, какую часть себя вы отбросили, и какова ваша ны-
нешняя жизненная ситуация. В любом случае вы не буде-
те двигаться быстрее или интенсивнее, чем сами захотите.

Мы Не предлагаем вам ни <легкого пути к мастерству>,
ни программы морального усовершенствования, ни пра-
вил, обеспечивающих разрушения дурных привычек, ко-
торые вы в действительности хотите сохранить. Мы вооб-
ще не собираемся ничего делать <вам> или <с вами>. Мы
предлагаем инструкции, с помощью которых вы можете,
если захотите, отправиться в путешествие внутрь себя, во
время которого вы своими собственными активными
усилиями можете что-то сделать для своего <я> - обна-

14

ружить его, организовать и направить на конструктивное
использование и проживание своей жизни.

Парадоксы в этих утверждениях мы разъясним позже.
Пока достаточно сказать, что говоря <ваше я>, вместо то-
го, чтобы просто сказать <вы>, мы хотели подчеркнуть
особый смысл обладания, кроющийся в притяжательном
местоимении <ваше>: это ваше <я>. Заметьте также, что
<вы>, о котором идет речь, - то самое <вы>, которому
предстоит делать открытия в течение вашего <путешест-
вия>, и, одновременно, это - составная часть <вашего я>.
Это та именно часть, к которой мы можем обратиться, ко-
торая читает эти строки, скорее всего, проговаривая их
про себя.

Не предполагается, что это предприятие будет легким.
Может показаться, что выполнить указания легко - на-
столько легко, что, возможно, к концу вы решите, что во
всем этом ничего нет; вы проскочите эксперименты, не
получите никаких результатов, которых бы не предвидели
заранее, и на этом остановитесь. Однако, если вы более
тесно соприкоснетесь с возникающими ситуациями, вы
можете обнаружить, что в некотором смысле это самая
трудная и раздражающая работа из всех, с какими вы
сталкивались, - но и наиболее увлекательная.

На этих страницах мы стараемся разговаривать с вами
как будто лицом к лицу. Разумеется, у вас нет возмож-
ности, как в обычном разговоре, взять слово - ответить,
задать вопрос, добавить подробности относительно своей
личной ситуации; и мы, к сожалению, не знаем вас лично.
Если бы мы знали касающиеся вас подробности - воз-
раст, пол, образование, работу, ваши успехи и неудачи,
ваши планы и ваши страхи, - мы кое-что сократили бы
или, наоборот, развили бы подробнее, где-то, может быть,
переставили бы акценты, поменяли порядок. Но это не
изменило бы фундаментальным образом то, что мы хотим
вам передать. Мы полагаем, что практически все, с чем
мы будем иметь дело, применимо в той или иной степени,
в том или ином отношении, к каждому человеку, живуще-
му в наше время в условиях западной цивилизации. При-
менить то, что подходит для вашей ситуации, и так, как
это вам подходит - это ваша работа в нашем совместном
предприятии.

Поскольку многие наши представления о человече-
ской природе отличаются от общепринятых, важно отме-
тить, что они не выдуманы за одну ночь. Это соединение

16

нескольких линий, нескольких подходов к человеческой
личности. Чтобы пояснить это, нужно сказать несколько
слов о современном положении в психологической науке.

Психологов можно, грубо говоря, разделить на две
группы. Одна группа гордится своей приверженностью
так называемому <экспериментальному методу>, другую
же <экспериментаторы> называют - несмотря на мно-
гочисленные различия внутри нее - <клиницистами>.
Хотя и те и другие занимаются исследованиями пове-
дения, различие в подходах к этой задаче сделало их
развитие более или менее независимым друг от друга.

С конца девятнадцатого века, когда психология нача-
ла отделяться от философии и превращаться в самостоя-
тельную науку, ее представители стремились к <под-
линной научности>. Соответственно этому они старались
как можно лучше копировать в своей области те методы,
которые были приняты в более развитой науке - физике.
В качестве соответствия атому, как самой элементарной
частице материи, ранние психологи стремились найти
<атомы> поведения - неделимые дальше элементы, из
которых можно было бы <собирать> более сложные реак-
ции. При этом они старались по возможности полно при-
держиваться методов экспериментального исследования,
принятых в физике. С современной точки зрения их ме-
тоды были несколько примитивны, но и современные
экспериментаторы, несмотря на усложнившуюся технику,
остаются ультра-консервативными в выборе проблем
исследования. Они боятся обратиться к чему-нибудь, что
нельзя было бы измерить и посчитать с помощью уже
имеющихся технических средств, и поэтому мало что мо-
гут сказать о таких действительно человеческих пробле-
мах, как эмоции или личность. Они полагают, что нужно
еще пятьдесят или сто лет развития психологии, прежде
чем она сможет обратиться к столь сложным темам.

Позже нам придется вернуться к позиции экспери-
ментаторов, в особенности в связи с проблемой <доказа-
тельства>. По мере того, как вы будете работать вместе с
нами, у вас может время от времени появляться, желание

1 (Прим. перев.) Читатель, стремящийся поскорее перейти к
практическим экспериментам, может сразу обратиться к следующей
главе, параллельно понемногу дочитывая теоретический материал
этой главы.

17

поставить под сомнение наши утверждения, и вам может
захотеться потребовать от нас доказательств. В ответ мы
подчеркиваем, что не утверждаем ничего, в чем вы не
могли бы сами убедиться на собственном опыте и в соб-
ственном поведении. Но если вы уже заражены экс-
периментаторским подходом в том виде, как мы его
описали, вы можете не удовлетвориться этим и начать
требовать словесных <объективных доказательств>, преж-
де чем приступить к осуществлению хотя бы одного не-
вербального шага предложенной процедуры.

<Клиницистов> обвиняют прежде всего именно в не-
возможности привести доказательства своих теорий. В
отличие от экспериментатора, сидящего в своей лабора-
тории, клиницист с самого начала должен так или иначе
иметь дело с человеческим поведением во всей его слож-
ности, поскольку он пытается лечить пациентов, а они не
столь деликатны, чтобы заботиться о простоте предъявля-
емых проблем. Неотложность этих проблем заставляет его
остаться сосредоточенным на эмоциональных кризисах
жизни и ограждает от погружения в глубины возможных
исследований ради чисто научных целей, то есть поста-
новки безопасных задач для увеличения списка собствен-
ных публикаций. Тем не менее, для клинициста представ-
ляет опасность само богатство и разнообразие клиничес-
кого материала. Постоянно связанный дефицитом вре-
мени, приученный необходимостью действовать по ин-
туиции, часто не знакомый со страстью экспериментатора
к верификации или презирающий ее, - он выдвигает
теории, которые оказываются причудливой смесью тон-
ких прозрений и необоснованных спекуляций. Тем не ме-
нее, его работа настолько плодотворна, что на нее
опирается в наше время сама возможность освободить че-
ловека от специфически человеческих искажений собст-
венного облика.

Различие в темпераменте, в подготовке и в целях за-
ставляет клиницистов и экспериментаторов с недоверием
относиться друг к другу. Экспериментатор видит кли-
нициста неприрученным дикарем, который, пошатыва-
ясь, пробирается в дебрях теории и практики. Клини-
цисту экспериментатор представляется запущенным слу-
чаем невроза навязчивости, маньяком вычислений, кото-
рый во имя чистой науки узнает все больше и больше о
все меньшем и меньшем. Впрочем, с тех пор, как они
столкнулись с проблемами, равно интересующими и тех,

18

и других, они начинают учиться уважать друг друга и раз-
решать наиболее острые противоречия.

Взаимоотношения экспериментаторов и клиницистов
интересуют нас постольку, поскольку их <семейная ссора>
в рамках психологии является отражением подобных
отношений между представлениями и установками, свой-
ственными до некоторой степени почти каждому человеку
в нашем обществе. Процедуры самопознания и развития
которые далее будут изложены, представляют неформаль-
ное, но тем не менее вполне реальное соединение экс-
периментальной техники с клиницистским типом ма-
териала, и важно, чтобы мы с полной определенностью
понимали, что делаем. Мы должны, например, признать
что со спокойной совестью совершаем то, что для экс-
периментатора представилось бы самым непроститель-
ным из грехов: мы включаем экспериментатора в сам экс-
перимент! Чтобы оправдать столь <абсурдное> пред
приятие, нам нужно вспомнить, что и экспериментатор, и
клиницист - каждый со своим набором правил и уста-
новлений - равно стремятся к пониманию человеческого
поведения. Рассмотрим более пристально, в чем их под-
ходы пересекаются, ибо именно в этой области и будет
протекать наша работа.

Свидетелю в суде разрешается говорить лишь о том
что он видел, слышал или иным образом испытывал не
посредственно. Ему недозволено делать выводы и заклю-
чения на основании своего опыта, его <мнения> полага-
ются <несущественными, некомпетентными и не игра-
ющими никакой роли>. В отличии от простого свидетеля
эксперту предлагается высказывать свое мнение отно-
сительно тех аспектов дела, которые находятся в пределах
его компетенции. К сожалению, суд может превратиться
в спор противостоящих друг другу экспертов.

Подобная же ситуация возникает, когда человека
начинают расспрашивать о собственных психологических
процессах. Сообщения различных людей отличаются друг-
^Разумеется, многие исследователи, признают, что в том или
ином случае им не удалось исключить экспериментатора из картины.
Однако в той мере, в какой его присутствие может повлиять на
результаты, они стараются разными средствами, - например, с
помощью статистических манипуляций- <обезвредить> его влияние
и получить более <чистые> данные.

19

от друга, и нет способа проверить, верны ли хоть какие-
нибудь из них. В результате, экспериментаторы давно
превзошли юристов в отбрасывании ненадежных свиде-
гельств, и, кроме того, для них не существует приемлемых
экспертов в области событий, которые можно было бы
назвать <личными> (privat). Однако понятно, что отвергая
единственного свидетеля, который может сообщить об
этих событиях, экспериментатор тем самым исключает из
науки всякий интерес к личным событиям как таковым.

В постоянной погоне за объективностью и в стрем-
лении навсегда изгнать из области науки субъективное,
экспериментатор утверждает, что лишь то, что может быть
представлено на всеобщее обозрение и предъявлено ком-
петентными наблюдателями, приемлемо в качестве науч-
ных данных.

« Предыдущая страница Страница 2 из 31 Следующая страница »

« Назад