Юнгианский бревиарий

Тень (Архетип. фигура)

Использование образов материального мира для описания психических фактов часто оказывается неизбежным и необходимым в работе психолога. Ведь объект его исследования всегда будет оставаться нематериальным, психическим, виртуальным, выходящим за рамки омертвелой, косной, «вещной» материи. В случае тени эта метафорическая необходимость оказывается преимущественной, ибо лучше всего понять юнговское представление о тени можно, если принять физическую метафору вполне буквально.
 
Точно так же, как яркий свет всегда отбрасывает куда-то прочь темноту, сознательная яркость Эго всегда отбрасывает в сторону тень той или иной личности.
 
Аналогично персоне, расположенной между Эго и внешним миром, психическая структура, называемая тенью, находит свое место между Эго и внутренним миром бессознательного. Тень представляет собой сплав личностных характеристик и психических потенций, о которых индивид не имеет никакого представления, которые попросту не осознает. Обычно тень (на что указывает и сама этимология этого слова) содержит непривлекательные, негативные стороны психики, которые уважающее себя Эго не позволяет идентифицировать в самом себе.
 
Все неприятные нам и безнравственные аспекты нашего Я, которые мы предпочли бы рассматривать как не существующие в нас или не имеющие влияния на нашу жизнь, — наши «неполноценности», неприемлемые импульсы, постыдные желания и поступки — эту теневую сторону нашей личности трудно и болезненно впускать в нашу жизнь. Это противоречит тому, какими бы мы хотели видеть самих себя, какими хотели бы выглядеть в глазах других. Наше вполне сознательное ощущение самости, наша автономия, наши честность и справедливость, чувство собственного достоинства подвергаются испытанию этой тенью и ощущают ее близость как угрозу, как близкого родственника, неотступно следующего за нами по пятам, неуклюжего, вызывающего раздражение, сеющего беспокойство и стыд.
 
По этой причине, отмечает Юнг, тень со всеми ее качествами часто проваливается в бессознательное или активно и безжалостно вытесняется, чтобы поддержать ханжескую благопристойность нашего иллюзорного совершенства. Бессознательное, однако, не лишает тень ее возможности существовать, порой весьма успешной. И, конечно, Юнг видел, как эта психическая тень, будучи вытесняемой или отрицаемой, продолжает работать «за сценой», вызывая всевозможные виды невротического и навязчивого поведения. Он также отмечал, что вместо вытеснения или отрицания тени мы проецируем ее на других людей, приписывая им те ужасные, сомнительные и неприятные качества, которые столь усердно отрицаем в самих себе. Проекция тени может, таким образом, развиться в паранойю, подозрительность и утрату близости — качества, которые способны поражать индивидов, группы и целые народы. Далекая от разрешения той или иной проблемы, проекция тени способствует только обострению кризиса в этой темной стороне нашей души, поскольку «впрыскивает» нечто вроде яда в межличностные отношения на пути самооправдания все отрицающего и искажающего восприятия.
 
Юнг одобрял — в психологическом и психотерапевтическом плане — необходимость распознавания внутренней тени, поскольку, несмотря на шокирующее или загоняющее в стресс признание собственных неблаговидных качеств и агрессивного поведения, это приводит к примирению со своей бедой и волнением и поскольку в конечном счете выясняется, что источник этих треволнений и бед мы сами, и никто другой. Его психотерапевтические отчеты показывают, что процесс индивидуации почти всегда начинается с этой уничижительной интеграции тени в сознательное ощущение себя — первой и наиболее важной задачи на пути к психическому оздоровлению. Приведение тени в сознание депотенциирует ее, как говорил Юнг, лишает ее силы, так как подъем сознания тащит все затаившиеся импульсы и фантазии тени в область морального выбора, и человек сталкивается лицом к лицу с зачастую трудными этическими решениями и неприятной самодисциплиной, которой иногда удается избежать с помощью невроза.
 
В сновидениях тень может быть представлена фигурами-персонажами преступников, бродяг, нарушителей супружеской верности и т. п. Зрительно тень совпадает по половому признаку с полом сновидца.
 
Юнг рассматривал и теневой аспект коллективного бессознательного, так как всякое Эго, включая и коллективное, отбрасывает соответствующую тень в рамках психического. Хотя близкие отношения тени с Эго и могут облегчать ее вхождение в сознание, истинное знание тени — задача, которую невозможно полностью осуществить. В качестве архетипической фигуры тень не столько проблема, которая требует разрешения, сколько внутренняя сущность, требующая своего изучения, постижения и признания частью нашей психической и коллективной жизни.
 
Другой смысл тени, раскрытый в юнговских работах, особенно в его рассуждениях на тему религии и христианства, связан с тенью индивидуального психического, но выходит далеко за его пределы к тому, что лучше всего назвать объективной тенью — тенью как архетипом самой темноты, тьмы — абсолютного зла, которое, как полагает Юнг, должно существовать в коллективном бессознательном как единственная логическая противоположность яркому свету абсолютного добра. Эта объективная тень, темнота, и является тем, что, как считает Юнг, отвергается, вытесняется и проецируется христианской теологией. Юнг неустанно повторяет этот аргумент о догматическом исключении объективной тени христианством в ряде своих работ. Его возражение по поводу того, что дьявол воспринимается как реальность, его видение, что только присутствие темной (дьявольской) ипостаси может на самом деле обеспечить целостность, упущенную в христианской Троице добра в трех лицах, его интерес ко многим неканоническим работам, посвященным месту объективной тени зла в универсуме, — все это закрепило за Юнгом репутацию мыслителя, следующего гностической традиции, для которой двойственность добра и зла кажется более удачным представлением действительного психического состояния человечества, чем в христианских понятиях о жизни и душе. Эта тень как архетип в себе, архетип как таковой есть другая важная и, возможно, более революционная идея Юнга о тени, основа, на которой зиждется индивидуальная тень, «темная сторона Силы», которую мы встречаем вновь и вновь на мировой сцене на протяжении всего двадцатого века.
 
Неспособность увидеть и признать свою тень является причиной очень многих наших невзгод и страданий. Ведь все то, что человек не в силах распознать в себе самом, в соответствии с неумолимым аналитическим законом он вынужден увидеть в других. Таким образом, тень является к нам спроецированной, то есть зафиксированной наподобие маски на лице родственника, друга, политического деятеля или национального врага. Это означает, что внача-ле происходит отреагирование* бессознательного качества самого себя на внешних объектах.
 
Обнаружение тени как личностного содержания, особенно если оно было слишком негативным, вначале может вызвать замешательство и депрессию. Это особенно характерно для тех случаев, когда предшествующая установка Эго была чрезмерно амбициозной. К примеру, ситуация, когда фанатичный коммунист, ругавший империализм, внезапно получает наследство на Западе.
 
Тень оказывается первичным уровнем бессознательного, с которым встречаешься в психологическом анализе. Но далеко не всегда тень заведомо несет в себе негативное содержание. Зачастую и положительные бессознательные потенции личности находятся в тени. В таких случаях говорят о положительной тени. К тому же злое деструктивное начало тени часто проявляется в результате особых обстоятельств, а не вследствие собственной отрицательной сущности.
 
Скажем, мы замечаем, что животные делаются агрессивными во время голода, аналогично и люди в сложных для выживания условиях становятся в массе более возбужденными и склонными к негативному поведению. Однако человеческие недостатки можно превратить в достоинства, создав соответствующие условия, тогда и сама тень потеряет многое из своего отрицательного аспекта. Другими словами, получив сознательное внимание и поддержку со стороны общества, можно свои недостатки превратить в достоинства.
 
Отреагирование (actingout) — психоаналитический термин, обозначающий невербальную манифестацию, зачастую эмоционально окрашенную, спроецированную вовне; индивид может с нетерпимостью относиться к тем качествам, которые он видит в других. Тем самым поддерживается собственное чувство правоты. Показательным примером коллективной тени может служить ситуация межнациональных конфликтов: армяне — азербайджанцы, чеченцы — русские, грузины — абхазы и т. д. Именно подобная вражда вспыхивает между представителями разных национальностей, когда миллионы людей соглашаются вместе проецировать свою тень на других, отрицая ее наличие в себе.
 
Понятие тени и ее проекции равным образом применимо и к явлениям общественной психологии. Показательным примером того, до какой степени может дойти проекция коллективной тени, служит преследование евреев нацистами или диссидентов в СССР.
 
Предлагаемая ниже литература раскрывает большинство перечисленных аспектов тени, начиная с ее психологического определения и ее места в бессознательной жизни индивида. Кроме того, приводятся работы о месте тени в ужасах Второй мировой войны и в контексте христианства. Так как фигура трикстера в рамках психического часто действует как переносчик тени, указывается и статья Юнга о трикстере. Работы Гуггенбюля-Крейга и Марии-Луизы фон Франц являют собой блестящие примеры того, как последователи Юнга применяют понятие тени в аналитической психологии. В соответствии с юнговской теорией психологических типов носителем тени часто оказывается индивидуальная подчиненная функция. Об этом, а также о нашем понимании тени в повседневной жизни можно узнать из работы фон Франц «Подчиненная функция».
 
Литература
 
Гуггенбюлъ-Крейг А. Власть архетипа в психотерапии и медицине.—
 
СПб., 1996. С. 79–89.
 
ОдайникВ. Психология политики. — СПб., 1996. Приложение 2. Франц М.-Л. фон. Подчиненная функция // Франц М.-Л. фон, Хилл-
 
манДж. Лекции по юнговской типологии. — СПб., 1998. С. 77–98. ХоллДж. Юнгианское толкование сновидений. — СПб., 1996. С. 18–19. Юнг К. Г. AION.-M.; Киев, 1997. Гл. 2. § 13–19. Юнг К. Г. Архетипы коллективного бессознательного // Юнг К. Г.
 
Структура психики и процесс индивидуации.—М., 1996. С. 139–154. Юнг К. Г. О психологии фигуры Трикстера // Юнг К. Г. Душа и миф.—
 
М.; Киев, 1996. С. 338–356. Юнг К. Г. Проблемы современной психотерапии // Юнг К. Г.
 
Практикапсихотерапии. — М., 1998. § 114–174. Brington-Perera S. The Scapegoat Complex: Toward a Mythology of Shadow
 
and Guilt.- Toronto, 1986.
 
Franz M.-L. von. Shadow and Evil in Fairy-Tales. — Spring Publications, 1974.Jung СG.After Catastrophe // JungC. G. Collected Works. — Princeton
 
University Press, 1970.Vol. 10.Par. 400–443. SanfordJ. A. Evil: The Shadow Side of Reality.- NewYork, 1987.
« Назад
Яндекс.Метрика