Юнгианский бревиарий

Младенчество и детство

Предполагая, что его читатели уже знакомы с работами Фрейда, Юнг писал сравнительно мало о периоде младенчества и детства. Даже в зрелые годы он не отвергал многие фрейдовские идеи и заявлял лишь о том, что занят другими вопросами. Например, он постоянно умалчивал о своих взглядах на детскую сексуальность.
 
Юнг признавал, что сексуальный интерес порождает у детей психические конфликты. Однако он настаивал на том, что целью ребенка в таких случаях является только разрешение этих конфликтов, это не непосредственная сексуальная цель, как у взрослых. Детская сексуальность обычно «стремится… гораздо больше к развитию мышления» (Юнг, 19956, с. 7). В 1913 году, через год после разрыва с Фрейдом, Юнг опубликовал «Теорию психоанализа» (Юнг, 2000а, § 203–522), в которой он модифицировал сексуальную теорию Фрейда, разделив человеческую жизнь на три этапа.
 
Первый этап включает первые годы жизни. Я называю его досексуальной стадией. Она соответствует гусеничному периоду в жизни бабочки и характеризуется почти исключительно функцией питания и роста.
 
Второй этап включает позднее детство вплоть до наступления половой зрелости, и его можно назвать допубертатной стадией. В этот период имеет место развитие сексуальности.
 
Третий этап — период взрослости, и его можно назвать стадией зрелости (там же, § 263–265).
 
Большинство работ Юнга по данной тематике вошли в 17-й том собрания его сочинений. На русском языке они собраны в книге «Конфликты детской души». Здесь Юнг обсуждает процесс развития человека в связи с образованием и воспитанием, значение бессознательного в развитии ребенка и детскую психопатологию. Кроме того, Юнг уделяет значительное внимание толкованию детских сновидений, пересказанных родителями, и сновидений детства, которые удалось вспомнить взрослым пациентам.
 
Идеи Юнга, связанные с младенчеством и детством, сконцентрированы вокруг главного вопроса: следует ли рассматривать ребенка в контексте развития психологии его родителей и как объект их влияния или же как отличное от них существо, самостоятельную личность с внутренним микрокосмом, внутрипсихической организацией? И здесь на первый план выдвигается само противостояние между «реальными» фигурами родителей, с одной стороны, и образами, созданными взаимодействием архетипа и опыта, — с другой.
 
И хотя важность характера и жизненного опыта родителей для развития ребенка в целом не оспаривается, родители — ко всему прочему — оказываются «не просто родителями» вообще, но и их имаго: они являются образами, появляющимися из соединения родительских характерных черт и индивидуальной склонности ребенка (Юнг, 2000в, § 505).
 
Отношения матери — ребенка, несомненно, самые глубокие и мучительные из всех нам известных… это абсолютный опыт рода человеческого, органическая истина… Существует врожденная, экстраординарная интенсивность отношений, которая инстинктивно побуждает ребенка держаться матери (Юнг, 1994ж, с. 237).
 
Юнг выделял три аспекта в отношениях ребенка с матерью. Во-первых, в процессе взросления имеет место регрессия по отношению к ней или к ее образу. Во-вторых, отделение от матери — это борьба (см. Герой). И, в-третьих, очень важна пища, которую доставляет мать.
 
В отношении отца Юнг рассматривает следующие темы: отец как противоположность матери — воплощение всех ценностей и свойств; отец как «информирующий дух», представляющий духовный принцип, персонифицированный двойник Богоотца; отец как модель персоны для сына, как то, из чего сын должен вычленить себя; отец как первый «возлюбленный» и образ анимуса для дочери (Юнг, 2000в, § 70).
« Назад
Яндекс.Метрика