Книги

Альберт Агабекович Налчаджян Загадка смерти. Очерки психологической танатологии

-= 1 =-

Альберт Агабекович Налчаджян

Загадка смерти. Очерки психологической танатологии

 –

ABBYY FineReader 11 http://www.litmir.net

«Загадка смерти : очерки психологической танатологии»: Питер; Санкт-Петербург; 2004

Аннотация

Книга посвящена проблемам новой науки — психологической танатологии. На основе многочисленных фактов популярно, но научно достоверно рассматриваются вопросы социальной, психологической и биологической смерти человека, эвтаназии, предсмертных переживаний людей. Как тема смерти отражается и символизируется в сновидениях? Что дают парапсихологические исследования для познания смерти и умирания? Книга предназначена для широкого круга читателей, которых волнуют проблемы и достижения современной психологии.

А. А. Налчаджян

Загадка смерти

Очерки психологической танатологии

Об авторе

Альберт Агабекович Налчаджян — известный армянский психолог, доктор психологических наук, профессор, председатель Центра психологических исследований, руководитель исследовательской группы в Институте человека (Ереван), научный руководитель научно-исследовательского комплекса «Татев» (Ереван), член Международного совета психологов, Международной ассоциации поведенческой медицины, психотерапии и консультирования, Общества психологического исследования социальных проблем (США) и других научных сообществ.

А. А. Налчаджян — автор более 20 книг, которые опубликованы на русском, армянском, немецком, польском и других языках. В последние годы плодотворно работает в области исследования проблем психологической танатологии, психологии сновидений, а также этнической психологии.

Книга, которую вы держите в руках, посвящена проблемам новой науки — психологической танатологии. В ней достаточно популярно, но научно достоверно рассматриваются вопросы социальной, психологической и биологической смерти человека, эвтаназии, новейшие данные о предсмертных переживаниях людей, полученные в последние десятилетия.

Здесь вы найдете ответы на многие вопросы, среди которых центральное место занимают следующие: «Как тема смерти отражается и символизируется в сновидениях?», «Что дают парапсихологические исследования для познания смерти и умирания?» и т. п. Автор книги считает, что психологически зрелая личность не может быть безразлична к тому, что будет после ее смерти. Наряду с данными научных исследований автор активно использует в книге примеры, заимствованные из литературы и искусства, что делает ее эмоционально насыщенной и яркой.

Введение

Каждый человек — это целый мир, который с ним рождается и с ним умирает. Под каждой могильной плитой лежит всемирная история.

И. В. Гёте

Memento mori! (Помни о смерти!)

Латинская пословица

Загадка смерти всегда была увлекательной темой для повседневных и философских размышлений. Ведь смерть — такой же частый гость в жизни людей, как и рождение. Смерть — неотъемлемая часть, аспект жизни. Сегодня к этому не только загадочному, но и, будем искренни, страшному явлению проявляют интерес медицина, философия и психология, а для экзистенциальной философии и психологии проблема смерти является одной из центральных.

Никто не может быть безразличным к проблеме смерти, будь то идеалисты, дуалисты или материалисты. И невозможно обойти ее, ведя себя подобно страусу — делая вид, что ее не существует. Психологические, физиологические, медицинские и философские исследования смерти углубляют понимание жизни и самопонимание человека. Я думаю, что исследования и размышления о вопросах жизни, умирания, смерти и ее последствий для живущих — один из основных путей достижения мудрости и социально-психологической зрелости. Недаром древние латиняне призывали всегда помнить о смерти.

Страшна не столько сама смерть как конец индивидуального земного существования, сколько понимание неизбежности такого конца. Осознание неотвратимости смерти и представления о существовании или невозможности после нее другого вида бытия оказывают глубокое воздействие на весь ход жизнедеятельности человека и его взаимоотношений с другими людьми. Идея неизбежности смерти бросает тень на жизнь человека, превращая ее остаток в период подготовки к умиранию или, говоря иначе, в период медленной психологической смерти. Есть много людей, которые придают большое значение всем обрядам и действиям, связанным со смертью и похоронами, скрупулезно совершают их. Создается даже представление, что таким образом они готовятся к собственной смерти, давая понять, какого отношения ждут к себе от тех, кто останется жить после их смерти.

Однако психически здоровые и имеющие большие практические цели люди, если они не являются исследователями смерти, избегают разговоров о ней, стараются вытеснять из своего сознания соответствующие мысли, поскольку такие размышления, доводя до сознания проблематичность самого бытия человека в этом мире, могут оказать разрушающее воздействие на деятельность, на стремление к конкретным целям. Иные могут даже деморализоваться, руководствуясь такими «мудрыми» изречениями, как «После нас — хоть потоп», становятся крайне эгоистичными, беспринципными и коварными. «Если все суета, — рассуждают они, — тогда никому не нужны честность, преданность, верность и другие моральные принципы и категории: можно быть злым и хитрым, обманывать и причинять людям страдание и при этом не ощущать угрызений совести».

Однако не у всех развитие личности принимает такой характер после осознания конечности земной жизни. У многих имеются мощные и здоровые психические и моральные силы, которые предотвращают подобное нездоровое и антисоциальное развитие. Некоторые из них вытесняют из своего сознания мысли о смерти, предотвращают развитие представлений о тщетности человеческих усилий, тем самым защищая свою психику от тех нежелательных изменений, о которых говорилось выше.

Но мы пойдем другим путем, намного более надежным, и приглашаем следовать за нами. Мы стремимся познать все о смерти, умирании и возможности загробного существования и при этом не только не стать аморальными, но, наоборот, использовать эти знания для нашего дальнейшего морального роста. Спокойный и уравновешенный подход к смерти, уменьшение тревоги и страха с помощью плодотворной индивидуальной работы во благо людей — вот надежные способы предотвращения невротических нарушений, развития крайнего воинствующего эгоизма и других патологических и разрушительных явлений, которые наблюдаются в жизни немалого числа людей.

Осознание неизбежности смерти и убежденность в этом возникают на достаточно высоком уровне психического развития личности, связаны с развитием мышления и речи, способности к обобщениям и предвидению будущего. По всей вероятности, человек — единственное живое существо, которое осознает, что неизбежно умрет. Осознавая неотвратимость смерти, человек учитывает ее при организации своей последующей жизнедеятельности. Он старается ставить перед собой такие цели и задачи, которые возможно решить в оставшемся отрезке времени. Иначе говоря, выбор целей, уровня притязаний и стремлений, путей самоутверждения, пусть не всегда осознанно, но в значительной степени, обусловлены фактом принятия неотвратимости смерти. В некоторых случаях человек сам планирует свою смерть, когда, например, осознанно готовится к самоубийству. Чаще всего, однако, мы видим следующее: люди заранее дают своим близким точные указания о том, как они должны распоряжаться их телом и имуществом. Завещание — одно из самых любопытных явлений из всех возникших в истории человечества. Оно доказывает, что человек, пусть только на уровне интеллекта, принимает неизбежность смерти, смиряется с судьбой. Но составление завещания показывает также, что человек как будто только наполовину верит в свою смерть. Здесь мы видим также элементы оптимизма и выражение желания быть бессмертным.

Психически зрелая личность не может быть безразлична к тому, что же будет после ее смерти. Она знает, что хотя жизнь каждого индивида, вследствие неотвратимости смерти, трагична, однако такая оценка неприменима в такой же форме к нации и человечеству. Существование нации, народа, человечества может быть практически вечным в той мере, что в этом «подлунном мире» может быть вечным, поэтому человеческие усилия не бессмысленны.

Как мы увидим, страх перед смертью, осознание ее неотвратимости делает некоторых более гуманными и честными, других, наоборот, — злыми и завистливыми, коварными человеконенавистниками. У людей, включаемых в эту условно выделяемую группу, уровень моральной регуляции поведения снижается, их деяния нередко становятся опасными для общества. Я знаком с двумя индивидами, которые по разным поводам повторяют, что очень боятся смерти, осознают, причем болезненно, что скоро их не будет. Это крайне злые и эгоистичные люди: создается впечатление, что они ждут удобного случая, чтобы преследовать и унижать людей. Особенно сильно ненавидят они людей, отличающихся высокими добродетелями. Они, по существу, ни во что не верят и стремятся лишь к сохранению своих статусов и благополучия. Это деморализованные и опасные люди. Один из факторов, превративших этих двух провинциальных макиавеллистов в таких неприятных и опасных типов, — страх перед смертью и осознание того, что после себя они ничего ценного не оставляют.

В книге мы обсудим проблемы социальной и психологической смерти человека, те новейшие данные, которые получены в последние десятилетия о предсмертных переживаниях людей. Покажем, что взгляды на умирание и смерть человека меняются, но ничто не свидетельствует о том, что земная наша жизнь может стать значительно длинней, тем более вечной. Человек смертен, жизнь его коротка, и поэтому в человеческих взаимоотношениях огромно значение моральных принципов, норм поведения и, конечно же, уровня морально-психической зрелости людей.

Проблема смерти занимает заметное место в литературе и искусстве: художественная литература, если она не анализирует с достаточной глубиной многочисленные психические и социальные вопросы умирания и смерти, их воздействие на поведение и образ мышления людей, значительно теряет в своей реалистичности, художественной силе и очаровании. Чтобы понять ход и стиль жизни человека, следует в числе многих других факторов раскрыть также его отношение к неизбежности смерти.

Отмечу, что в опубликованных в последние годы танатологических работах авторы в основном пишут о предсмертных переживаниях людей, оживленных из клинической фазы умирания. Эти вопросы широко представлены и в настоящей книге. Однако я считал более правильным представить вниманию читателей широкую картину проблем новой науки —         психологической танатологии . Многие из этих проблем не мепее важны и интересны, чем те, которые касаются клинической смерти человека. Развитие современной танатологии началось с 50-х годов и идет быстрыми темпами. Настоящая книга — попытка изложения основных проблем этой науки и некоторых результатов психологических исследований автора этих строк.

Глава 1. Социальная смерть человека

§ 1. «Социальный атом» и смерть индивида

В течение своей жизни каждый индивид устанавливает взаимоотношения со многими другими людьми. Некоторые из этих связей оказываются устойчивыми, эмоционально насыщенными и значимыми. Удовлетворяя основные биологические, психологические и социальные потребности человека, они могут сохраняться долгие годы, иногда — до конца жизни.

Часть наших взаимосвязей с другими носит формальный, чисто официальный и функциональный характер. Эти, в эмоциональном отношении бедные, «сухие» отношения и устанавливаются лишь для выполнения наших официальных социальных ролей.

Все социальные связи оказывают влияние на развитие личности и ее психические состояния, на выбор ею стратегии и механизмов поведения, выбор целей и другие психические процессы. Но наиболее глубокое влияние оказывают связи первого типа — непосредственные, психологически наиболее глубокие, так называемые «первичные» социальные связи. Они характерны для семьи, группы близких друзей и единомышленников.

Один из самых известных психологов XX века Джекоб Морено образно называет индивида и тесно связанных с ним на данном отрезке жизни людей «социальным атомом». Это неслучайное название: всю свою жизнь он искал те первичные социальные связи, которые лежат в основе жизни как отдельных людей, так и общества в целом. И, кажется, нащупал какие-то реальности.

В «социальном атоме» человека могут не состоять те люди, с которыми он находится лишь в официальных отношениях. Можно себе вообразить, как от человека исходят волны и излучения, притягивающие к себе одних и отталкивающие других. Именно такие, не видимые, но мощные излучения, согласно Дж. Морено, и связывают человека с входящими в его социальный атом людьми. Возникающие в ходе индивидуальной жизни каждого социальные образования — относительно устойчивые группы, в которых жизнь человека протекает наиболее непосредственно и конкретно.

Эти социально-психологические представления позволяют выдвинуть идею           социальной смерти человека . В ходе старения в социальном атоме человека происходят изменения, некоторые из них необратимы, неизлечимы. Пока человек еще молод и инициативен, он при выходе из среды своих приближенных одного из них быстро заменяет его другим, новым членом. Этому новому члену предписывается примерно такая же роль, как и выбывшему. «Социальный атом» обновляется, причем, как замечает Морено, обычно эти процессы происходят почти автоматически. В этом процессе отмечаются интересные явления. Оказывается, что отсутствующему, например умершему человеку, идет на смену другой индивид, но никогда — целая группа людей. Создается впечатление, что человек, занимающий в этом социально-психологическом образовании центральное место (а ведь каждый из нас — центр своего «социального атома!»), не может терпеть в нем более одного сходного члена.

Кроме того, в окружающем мире существует огромное число других «социальных атомов», и они тоже нуждаются в «ремонте» и «реконструкции», им гоже нужны новые члены. И они притягивают к себе людей, выбивая из других первичных кругов общения.

Несмотря на эти изменения, «социальные атомы», как саморегулирующиеся системы, стремятся к равновесию и взаимоотношения их членов, их симпатии и эмоциональные взаимодействия, в целом, остаются устойчивыми.

Бессознательное стремление «социальных атомов» к равновесию Дж. Морено называет «социостазисом». Определенный уровень контактов остается довольно постоянным. «Частота эмоционального обмена стремится к равновесию», — считает Морено, поэтому эмоциональную экспансивность можно измерить           [1].

Величина, размеры «социального атома» каждого человека обусловлены его психическим качеством, которое получило название «эмоциональной экспансивности»: есть люди, склонные устанавливать многочисленные связи с другими людьми, есть и такие, которые довольствуются малочисленными взаимоотношениями. Некоторые ищут контактов с людьми преимущественно для того, чтобы дать выход своим гуманным, положительным, просоциальным чувствам и мотивам, но есть немало и таких, которым многочисленные социальные связи нужны для разрядки накопленной агрессивности, зависти и других враждебных чувств. Экспансивность первых называют положительной, конструктивной, тогда как свойственная вторым разновидность экспансивности явно носит отрицательный, разрушительный характер.

По мере старения человеку все труднее заменять утраченных членов своего социального атома. Это «социальная смерть извне» — в отличие от смерти индивидуальной психики. «Социальная смерть» бросает свою тень на человека задолго до его физической или духовной смерти. Распад социального атома индивидуума может начаться по многим причинам:

1) потеря любви;

2) замена одного индивидуума другим, менее подходящим;

3) смерть.

Смерть индивидуального члена представляет собой более постоянную потерю, а шок, порожденный ею, редко воспринимается в своем полном значении           [2].

Когда мы переживаем тех, кого любили, то «мы понемногу умираем вместе с ними», мы чувствуем, как призрак смерти движется в нашем «социальном атоме» от одного лица к другому. Заменяющие не полностью восполняют утрату, и даже сам факт замены Морено считает утратой. Человек начинает понимать значение смерти задолго до появления признаков физического и духовного упадка. Морено полагает, что вряд ли можно найти лекарство против шока социальной смерти.

В конце своих рассуждений Дж. Морено высказывает мысль, что небольшие шоки, порожденные опытом социальной смерти, способствуют преждевременному наступлению старости, возрастных болезней и физической смерти           [3].

Эта мысль сегодня подтверждается теми данными, которые касаются механизмов           эмоционального сопереживания (эмпатии) и закономерностей возникновения так называемых           психосоматических болезней . Примеров того, как люди ускоренно старели и умирали после смерти своих близких, очень много. Здесь открываются широкие возможности для исследования глубоких связей между психикой и телом, которые могут иметь огромное практическое значение, особенно для стареющих людей и их родственников.

Отсутствие в жизни человека любви, одиночество и заброшенность ускоряют наступление смерти. Эта истина стала известна из опыта многих поколений людей, но она подтверждена также специальными медицинскими исследованиями. Социальная смерть человека фактически ускоряет процесс его психологической и биологической смерти           [4]. Об этом у нас разговор еще впереди.

§ 2. О «мудрой старости»

Как предупреждать или хотя бы отсрочить социальную смерть, а таким путем — также физическую, биологическую смерть человека? Социальные психологи советуют прежде всего восстановить молодость социального атома человека, найти для него достойных его любви или хотя бы симпатии товарищей. Для пожилых людей общение с молодыми, совместная с ними работа — залог сохранения жизненных сил и продления активной и плодотворной деятельности. Следует отказаться от той жестокой и по существу неверной мысли, что любовь, психическое развитие и гибкое социальное поведение — преимущества молодости, а старым людям ничего не остается делать, как только готовиться к смерти.

Страница 1 из 29 Следующая страница »

« Назад